Молокозаботы
Татьяна Пастушенко работает на севастопольском молокозаводе в советские времена. Фото: из личного архива Татьяны Пастушенко

Татьяна Пастушенко работает на севастопольском молокозаводе в советские времена. Фото: из личного архива Татьяны Пастушенко

Можно ли возобновить производство молока в Севастополе

Откуда только ни привозят молоко в Севастополь: начиная с Ульяновска и заканчивая Мелитополем. Преодолевая расстояние в несколько тысяч километров, дождавшись своей очереди на переправе или российско-украинской границе, молоко в итоге все же попадает на полки в наших холодильниках. А ведь когда-то Севастополь был одним из лидирующих регионов в области молокопроизводства. Сегодня же в городе в промышленном масштабе молоко вообще не производится. «Русская планета» выясняла, возможно ли возрождение местного производства.

Еще в советские времена главным предприятием по производству молочной продукции был Севастопольский молокоперерабатывающий завод. Но в 2007 году он был закрыт, и по сей день не нашлось предпринимателей, которые заинтересовались бы молочным производством на территории Севастополя. Корреспондент «Русской планеты» встретилась с Татьяной Пастушенко, бывшим начальником производства Севастопольского молокозавода.

Татьяна Пастушенко пришла на завод в 1983 году на должность аппаратчика, изготовителя молочных продуктов, а через 14 лет возглавила все производство.

– Севастопольский молокозавод был открыт еще в 1936 году, — рассказывает она. — В то время производственные мощности размещались в центре города на улице Новороссийской. Во время Великой Отечественной войны завод не работал, но разрушен он не был. Завод возобновил производство спустя год после освобождения Севастополя в мае 1945 года.

В центре города завод работал вплоть до 1958 года. К этому моменту на улице Токарева построили новое здание и перевели завод в его помещения, вынеся тем самым промышленное предприятие за пределы центральной части Севастополя. В 90-е годы стройка продолжилась, и в 1992 году по тому же адресу вырос молокозавод, который стоит там и по сей день.

– В советские времена молоко для переработки на завод поставляли совхозы и колхозы, — рассказывает Татьяна Пастушенко. — В Крыму были своя сырьевая база и большое количество голов скота. Но уже после перестройки все исчезло: и сырьевая база, и коровы. Я часто встречаю в статьях заявления, что якобы из-за закрытия молочного завода в Севастополе вынуждены были вырезать скот на четырех крупных молочных фермах, расположенных вблизи города. Это ложь. После распада Союза мы не получали сырье с местных ферм. Более того, мы вообще не получали молоко из Крыма. Все поставки производились из Херсонской, Николаевской и Одесской областей Украины. Все ближайшее крымское молоко забирал наш конкурент Симферопольский молочный завод, который, кстати, до сих пор существует, под маркой «Крымский молочник».

«400 тонн молока в смену»

По мнению Татьяны Пастушенко, вокруг Севастополя проблематично развить масштабное молочное фермерство из-за неблагоприятного жаркого климата, в связи с которым трава «горит», а также не растут культуры, пригодные для кормления животных. А горная местность и разбитые виноградники занимают почти все просторы вокруг нашего города.

– Виноградники да горы вокруг, просто негде развернуть пастбища. Молочное фермерство хорошо развивать в степных местностях, — поясняет Татьяна Пастушенко. — Что касается конкретно Севастопольского молокоперерабатывающего завода, то есть несколько причин, которые привели его к ликвидации. Помимо отсутствия необходимой сырьевой базы, существовала острая проблема, связанная с необходимостью кардинальной реконструкции завода. В 1996 году завод стал акционерным обществом и был приватизирован. Его учредителями стали тогдашний депутат горсовета Аркадий Саркисов и Александр Туницкий, которые ранее никакого отношения к заводу не имели. Директором же был назначен Олег Сисенко, который и подписывал все документы. Но предприятие мало было приобрести, его нужно было полностью модернизировать.

Территория молокозавода. Анна Чудакова / Русская планета

По информации Татьяны Постушенко, в 1997 году новое руководство завода закрыло его на реконструкцию. При этом все старое оборудование, предназначенное для розлива продукции еще в стеклянные бутылки, было заменено на новое, формирующее упаковку из картона и полиэтилена. Однако ничего не было сделано для уменьшения производственных площадей, а также преобразования холодильных камер, укорочения длины молокопровода, труб по которым течет молоко.

– Только представьте, при СССР молокозавод перерабатывал до 400 тонн молока в смену, а после приватизации объемы снизились до 15 тонн зимой и 40 тонн летом. Всем очевидно, что для переработки 400 тонн и 20 тонн необходимы разные масштабы производства.

Иными словами, современное оборудование нужно было поместить в цех меньшего размера, тем самым существенно сэкономив на коммуникациях. Но в итоге выглядело это так: огромный цех, полностью освещенный и расположенные в нем несколько небольших цистерн и автоматов розлива. То же самое касалось и холодильных камер.

– Руководство закрывало на это глаза, ведь для реконструкции требовались немалые вложения. Так все и протекало на самотек и может, текло бы до сих пор, но произошло следующее. В 2007 году вышел указ о запрете использования аммиака в производствах, а на нашем заводе работали именно аммиачные компрессоры, содержащие 8 тонн аммиака. Их замена обошлась бы владельцам в баснословную сумму, несовместимую с прибылью, которую они получали от производства молочной продукции. Поэтому было принято решение о ликвидации предприятия.

Татьяна Пастушенко говорит, что отсутствие сырьевой базы делает молокозавод непривлекательным для инвесторов.

– Когда-то мы пытались справиться с этой проблемой и привлечь частных владельцев скота. Были открыты специальные пункты, так называемые «молоконакопители». Каждый человек, имеющий корову, дающую молоко, мог прийти и сдать его. Но располагать лабораторию в каждом таком пункте было просто нецелесообразно, поэтому участились случаи продажи кислого молока. Вскоре мы отказались от данной идеи, и все пункты были закрыты.

Старт для возрождения

Как только предприятие заявило о своей ликвидации, все оборудование было вывезено и продано, а жители Севастополя лишены возможности употреблять молочную продукцию собственного производства. Как производились поставки молока на завод в советские времена, корреспонденту «Русской планеты» рассказал бывший управляющий третьего отделения совхоза «Качинский» Александр Юхненко.

– В Качинскнском совхозе я работал с 1986 года. Помимо производства молока мы занимались овощеводством, производили зерно и корма. У нас было стадо из 133 дойных коровы. Сейчас их почти не осталось. Производимое молоко мы поставляли на Севастопольский молокозавод. Для корма скота мы выращивали зерно: пшеницу, овес, ячмень, — порядка 1000–1200 тонн ежегодно.

– Как вы считаете, возможно ли сегодня возродить скот и пастбища?

– Все это было и работало, так почему бы не возродить. У нас для этого все есть: и кормовая база, и территория. Есть все, для того, чтобы выращивать корма и скот. Не хватает сегодня разве что специалистов, которые бы вкладывали в работу свою душу. Мало доярок, например. Но в любом случае, я думаю, что в ближайшее время все это будет возрождаться.

После присоединения Крыма к России губернатор Севастополя Сергей Меняйло включил севастопольский молокозавод в перечень предприятий, которые планировал национализировать. Но депутаты Законодательного собрания Севастополя 28 февраля на внеочередном заседании II сессии не поддержали законопроект, предложенный правительством города.

Сегодня на улице Токарева, 3 по-прежнему стоит гигантское здание бывшего молокозавода. Его площади сдаются в аренду под различное производство: начиная с пекарни и заканчивая производством мебели. Но кому принадлежит это здание, почему-то мало кому известно. В управлении агропромышленного комплекса Севастополя корреспонденту «Русской планеты» сообщили, что молокозавод давно обанкротился и сейчас законсервирован. Для того, чтобы выяснить, кто же сегодня владеет этими площадями, корреспондент «Русской планеты» отправилась на бывший молокозавод.

Все двери предприятия открыты. В холе на стене большие советские часы, покрытые толстым слоем пыли, табличка с надписью: «Администрация молокозавода — 2 этаж». Проходя мимо «Вечернего кафе», поднимаюсь по лестнице. Постучав в дверь, захожу. Меня встречает бывший главный бухгалтер молокозавода, а ныне его директор Людмила Ткач. Узнав, что я корреспондент, дать комментарии и сообщить, кому сегодня принадлежит это предприятие, она отказывается и выставляет меня за дверь. Спустившись на первый этаж, я встречаю одного из рабочих, Сергея.

– Кому сегодня принадлежит это здание? — интересуюсь у него.

– Тем же, кому и раньше: Аркадию Саркисову и Александру Туницкому. Они сдают площади, которые раньше принадлежали заводу под различные производства. При этом производства молока тут вообще не осталось. Зато тут есть и пекарня, в которой готовят хлеб, и цех, где собирают мебель, станция техобслуживания, так же тут изготавливают зеркала и многое другое. Двери предприятия открыты круглосуточно, из всех сторожей только пожилые бабушки.

Территория молокозавода. Анна Чудакова / Русская планета

Вместе с рабочим мы проходим по территории бывшего завода. От былого предприятия тут и впрямь мало что осталось, разве что схема движения транспорта и пожарный щит. Сергей демонстрирует мне бывший разливочный цех и крышу, где когда-то размещались специальные бочки для молока. Сегодня тут производят мебель, а на месте бывшего разливочного цеха расположилась пекарня.

Что там у конкурентов

Производственные мощности «Крымского молочника», единственной компании, которая занимается производством молока в промышленном масштабе, расположились в Красногвардейском районе полуострова.

– Насколько сегодня выгодно производство молока на полуострове? — с этим вопросом я обращаюсь к Татьяне Чичериной, главному бухгалтеру компании «Крымский молочник».

– Себе в убыток не будет работать ни одна компания, — говорит Татьяна Чичерина. — Наше производство открылось в 2012 году, на базе одного из старейших молокоперерабатывающих предприятий Крыма. Продукция нашей фирмы пользуется большой популярностью среди местных жителей за счет того, что она хранится всего 4-5 дней. Люди стали обращать на это внимание и предпочитают покупать свежее молоко без добавок и ароматизаторов. При этом у нас еще и доступная цена, которая формируется как за счет себестоимости производства, так и за счет рынка. При этом мы берем оборотом, а не наценкой.

– Как вы считаете, если вдруг когда-нибудь севастопольский молокозавод решат возродить, он составит конкуренцию вашей продукции?

– Конечно же, он будет конкурентом. Но как его производство в дальнейшем сможет повлиять на имеющийся рынок, пока сказать невозможно.

Общее благое дело Далее в рубрике Общее благое дело«Русская планета» побывала в исправительной колонии и пообщалась с заключенными, совершившими преступления в Крыму и в Севастополе Читайте в рубрике «Титульная страница» Зураб Соткилава: «Смерти нет!»Ушел человек-легенда, подаривший минуты подлинного счастья любителям оперы Зураб Соткилава: «Смерти нет!»

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Читайте самое важное в вашей ленте
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте наиболее актуальные материалы
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»